Стр. <<<  <<  27 28 29 >>  >>>   | Скачать

Ф. м. том 1 - cтраница №28


Он поднял пластмассовый пистолетик, нажал кнопку, и из дула вылетело что‑то маленькое, блестящее. Приглядевшись, Николас увидел, что это присоска на тонкой блестящей нити. Присоска впилась в корешок книги, лежавшей на диване, метрах в трех от стола.

—Теперь включаем стягивание…

Олег нажал кнопку еще раз — и книга оказалась у него в руке.

Запрокинув голову, паренек беззаботно расхохотался.

—Говорю же, дурью маюсь. Что с меня, аномального, взять?

Но это совсем не дурь!— пришел в восхищение Фандорин.— Великолепное изобретение! Например, пригодится людям, которые не могут передвигаться. Да мало ли, как можно использовать такой чудо‑инструмент!

Но Олег лишь махнул рукой.

—Ерунда всё это… — Он оглянулся на Игоря, потом на дверь и понизил голос.— Я вас не для этого… Я поговорить хотел. Так, вообще… А то не с кем. Не с Игорьком же. А у вас лицо такое, ну, как будто вы слушать умеете. И болтать потом не станете.

Фандорин поневоле почувствовал себя польщенным. Да и жалко было этого наследного принца, запертого в своих технохоромах, как в золотой клетке.

—Хотите поговорить по душам?— улыбнулся Ника мальчику.— Что ж, давайте попробуем.

Но разговора не вышло.

Лицо Олега внезапно изменилось — стало отчужденным, замкнутым.

—Не сейчас,— прошептал он.— Фарширователь мозгов пришел.

—Кто?

Оглянувшись, Ника увидел в дверях фигуру в белом халате.

Доктор Коровин смотрел на шепчущихся собеседников с веселым удивлением.

—Подружились? Похвально, похвально… О чем беседуете? Можно мне тоже поучаствовать?

Какой уж тут разговор по душам.

10. ФЛАНГОВЫЙ МАНЕВР

Новые загадки оказались не в пример труднее первой. Вызвали из засады в Саввинском переулке Валю (за Рулетом теперь пускай люди Аркадия Сергеевича охотятся), до вечера втроем просидели в офисе, но так ни до чего путного и не додумались. Начали с П.П.П. «Первоисточник», от которого Морозов порекомендовал шагать, это, вероятно, роман «Преступление и наказание». Но как можно шагать от романа? Может быть, все‑таки он имел в виду что‑то иное? Пять камешков, четыре камешка… Ерунда какая‑то.

Плюнули. Переключились на рукопись — в конце концов, клиента интересовала именно она, а не кольцо. Распечатали весь текст гнусной лекции, крутили его и так, и этак. Всё впустую. До последней шарады, про нимфетку, вообще не добрались. Разошлись одуревшие, унылые, чтобы снова собраться завтра в десять.

А наутро, когда Николас одевался, из кармана брюк выпал дублон и закатился под кровать. Магистр долго стоял на четвереньках и, чертыхаясь, шарил рукой по пыльному полу. Проклятая монета словно пропала. Пришлось отодвигать кровать.

Увидев, как под плинтусом тускло поблескивает желтый металл, Фандорин вдруг подумал: надо не перебирать слова, которые есть, а искать те слова, которые пропали!

И дело сразу пошло. К десяти часам головоломка была полностью разгадана.

Своих помощниц Ника встретил спокойный, торжественный. Но для пущего эффекта торопиться не стал.

Спросил с хитрой улыбкой:

—Ну что, пошевелили мозгами на досуге?

—Я читала‑читала, ничего не поняла,— виновато сказала Саша.— Я тупая.

—Туфта какая‑то,— согласилась Валя.— Я тоже по нулям. А вы, шеф?

—Да есть кое‑что…

Позволив себе посмаковать наступившую паузу, Фандорин направился к окну.

—Припекает. Открою, а то душно.

Открыл — и триумфального настроения как не бывало. Сквозь шум утренней улицы донесся звук пианино. Урок музыки у Алтын сегодня только в двенадцать, а она уже вернулась. Значит, заскочила в редакцию совсем ненадолго и скорей домой, готовиться. Боится ударить лицом в грязь перед своим гением.

Окно снова было закрыто. Ника вернулся к столу и уже безо всякого куража, хмуро стал рассказывал».

—С лекцией всё оказалось довольно просто. Больше всего времени заняла шарада про нимфетку, но и на нее хватило получаса.

—Ну да!— не поверила Валя.

—Смотрите сами. «Нимфетка минус дурацкое уменьшительное плюс город, где родился император‑эпилептик». «Нимфетка» — это, конечно, Лолита, которую Морозов поминал и в лекции. Вопрос, что такое «дурацкое уменьшительное». Я порылся в романе Набокова. Его герой называет Лолиту сокращенным именем «Ло» — действительно, довольно дурацким. От «Лолита» отнимаем «Ло». Что получается?

—«Лита». Это что значит?

—Пока ничего. Переходим к месту рождения императора‑эпилептика.

—Это кто такой?

Вопрос. Ясно было одно: искомый император имеет какое‑то отношение к Федору Михайловичу. Ведь нам известно, что эрудиция у Морозова чрезвычайно узкого профиля, ни в чем кроме биографии и творчества писателя он не разбирается. Я полез в энциклопедию выяснять, кто из императоров страдал эпилепсией. Выяснилось, что на удивление многие. Очевидно, существует какая‑то связь между этой болезнью и инстинктом власти. Я выписал имена, прогнал их через указатель электронного собрания сочинений. Ответ нашелся сам собой, достаточно было пройтись по полученному списку. Александр Македонский? Родился в городе Пелла. «Лита» + «пелла»? Бессмыслица. Цезарь и Калигула родились в Риме. «Литарим» — чушь. Берем Петра Первого. Наукой точно не установлено, имели ли судороги великого царя эпилептическое происхождение, но предположим, что имели. Для нас существенно, что Петр упоминается в текстах Федора Михайловича неоднократно. Однако Петр родился в Москве. Что такое «Литамосква»? Нонсенс. Идем далее. Наполеон Бонапарат. Он для Федора Михайловича, как красная тряпка для быка. Упоминается вновь и вновь, причем по большей части в негативном контексте. Но корсиканец родился в Аяччо. «Литааяччо»?

—Мимо кассы,— кивнула Валя.— Ну и кто же оказался?

—Представьте себе, Карл Пятый Габсбург. Испанский король и император Священной Римской империи. В самих текстах Федора Михайловича он напрямую ни разу не упоминается, но среди сопроводительных материалов на диске есть статья на тему «Великого инквизитора» — знаете, знаменитая глава из «Братьев Карамазовых».

Валя с Сашей переглянулись и ничего не сказали. Фандорин только вздохнул.

—Ладно, Бог вам судья. В статье говорится, что, изучая историю испанской инквизиции, Федор Михайлович в особенности интересовался судьбой императора Карла — тоже эпилептика, величайшего монарха своей эпохи, добровольно отрекшегося от престола.

—«Литамадрид», да?— встряла Валя, которой слушать про Карла Габсбурга было неинтересно.— А что это значит?

—Понятия не имею. Тем более что Карл родился не в Мадриде и вообще не в Испании. Он появился на свет в 1500 году во фламандском городе Генте.

—«Лита‑гент». Литагент!— ахнула Саша. Фандорин довольно рассмеялся.

—Вот вам и вся шарада. И сразу всё встало на свои места. Ну конечно, ваш отец, побывав у коллекционера автографов, потом сообразил, что выгоднее обратится к агенту. Ведь это не просто автограф, это литературное произведение, а значит можно продать издательские права.

Валентина была не удовлетворена.

—Ну хорошо, литагент, но как мы его искать будем? Не объяву же в газету давать: «Уважаемый литагент, заныкавший рукопись писателя Достоевского, позвоните, пожалуйста по такому‑то телефону».

—Имя агента закодировано в тексте лекции,— небрежно, как о чем‑то само собой разумеющемся, сказал Николас, хотя, если б не закатившийся под кровать дублон, вряд ли ему удалось бы расшифровать этот код.— Ты лекцию, наверно, уже наизусть выучила. В чем там странность?

—Во всем! Например, ни хрена он не смыслит в садо‑мазо, а учит. Я бы ему про это такого порассказала…

—Нет, странность в другом. Девочки, вы обратили внимание, какая у Филиппа Борисовича феноменальная память? Цитирует целыми кусками и из романа «Игрок», и из писем. А в двух местах память ему вдруг отказывает, и оба раза пропадают имена. Странно! Сначала он не может вспомнить первую половину фамилии литературного отца мазохизма. Потом имя госпожи Браун, предполагаемой любовницы Федора Михайловича (кстати, я прочитал про нее в энциклопедии — оклеветал Морозов писателя, ничего там такого не было).

—А как ее звали, шеф?

—Марфа. Необычное сочетание — «Марфа Браун». Трудно забыть, правда? А с австрийским писателем совсем просто. Любой мало‑мальски образованный человек безо всяких энциклопедий скажет, как его звали.

—Я не скажу,— пожала плечами Валя. И Саша призналась:

—Я тоже.

Ну Саша еще ладно, роман «Венера в мехах», слава Богу, в школьную программу не входит. Но порочная Валентина могла бы получше знать классиков близкого ей жанра.

—Леопольд фон Захер‑Мазох — вот его полное имя.

—Захер?— ухмыльнулась секретарша, сделав ударение на последнем слоге, но Фандорин так строго на нее посмотрел, что она воздержалась от комментариев.

—А теперь смотрим сюда.— Николас открыл адресно‑телефонный справочник на заложенной странице.— Вот раздел «Литературные, художественные и театральные агентства». Смотрите:

«SACHER LITERARY&ART AGENCY. Консультации по всем вопросам авторского права. Посреднические услуги в работе с зарубежными издательствами, галереями, аукционами. Разрешения на вывоз культурных, исторических и художественных ценностей».

Объявление было обведено рамочкой и украшено логотипом: рука, держащая копье. Валя логотип одобрила:

—Прикольно. Так, а Марфа при чем? Самое эффектное Николас приберег напоследок.

—Я позвонил по указанному здесь телефону. Якобы хочу вывезти за границу картину. Знаете, как зовут директора агентства? Марфа Леонидовна Захер.

—Николай Александрович!

—Шеф! Ну вы вообще!

И снова, как в прошлый раз, Фандорин был вознагражден за дедукцию поцелуями в обе щеки: с Валиной стороны мокрым и горячим, с Сашиной — сухим и прохладным.

—Это еще не всё,— сказал он скромно.— Я успел собрать о Марфе Захер кое‑какую информацию в интернете. Оказывается, это особа довольно известная. Не звезда, конечно, но, знаете, из тех дамочек, кто часто бывает на разных презентациях, банкетах, вернисажах и попадает в глянцевые журналы по разделу светской хроники. Видели, наверно? Маленькие такие фотоэтикеточки в конце номера.

—Не видела,— сказала Саша.

—Конечно, видела — сказала Валя.— Сама сколько раз попадала.

Николас поманил девушек к компьютеру.

—Я сделал закладки… Вот, это из он‑лайновой версии журнала «Большой стиль»: бал‑маскарад по случаю открытия магазина эксклюзивных шлепанцев в Третьяковском проезде. Видите? «Писатель Б. Акунин и литературный агент Марфа Захер». А тут фоторепортаж с юбилея ночного клуба «Улет»: «Кинорежиссер Н. Михалков, продюсер А. Максимов и светская львица Марфа Захер».

Львица была гламурная на все сто процентов: синтетический загар, умопомрачительные наряды, неживая улыбка в пол‑лица. И, как положено, эластичного возраста. Тщательно следящие за собой дамы попадают в него лет с тридцати и растягивают эту вечнозеленую пору лет до шестидесяти, а некоторые и дольше.

—Хроникеры не всегда знают, кто эта элегантная особа,— продолжал демонстрировать улов Ника.— Вот здесь, например, подпись: «Визажист Рауль Хвостенко с подругой». Подруга — Марфа Захер.

—А‑а,— протянула Валя.— Кто‑то из наших говорил, будто Рауль замутил с какой‑то навороченной фефелой. Я хочу сказать: завел роман с какой‑то стильной женщиной. Все еще ржали, потому что Раульчик голубее голубики.

—Еще есть любопытная статейка на сайте «pomoi.ru», где собирают сплетни обо всех мало‑мальски известных людях. Что здесь имеется?— Николас перешел на следующую закладку.— Марфа Захер — бизнес‑вумэн широкого профиля с интеллектуально‑художественным уклоном. Специализируется главным образом на переправке произведений искусства за границу, используя всякие лазейки. Считается, что для нее невозможного не существует. Кроме того, помогает подешевле провести груз через таможню, решить визовые трудности, добыть разнообразные справки. В статейке сказано, что «литературно‑художественным агентством» ее лавочка называется для благозвучия, хотя иногда, действительно, приторговывает издательскими правами. Ну и последнее.— Фандорин вошел на страницу интернет‑журнала «Республика Рублевка», предназначенного для обитателей этого нуворишского заповедника.— Интервью с интересующей нас особой. По большей части всякая ерунда: сумки какой фирмы предпочитаете, ваше отношение к липосакции, любимый аромат и тому подобное. Но два куска прочту вслух. Первый — в качестве характеристики объекта. «Вопрос: Марфа, а что для вас как бы главнее всего по жизни? Ответ: Взять ситуацию под контроль, подломить ее под себя. Кайф, когда не ты вращаешься вокруг солнца, а солнце вокруг тебя. У меня в офисе на стене слоган висит, мое кредо: „Видишь добычу — бери ее. Захер.“ (Смеется)». Кремень дамочка,— подытожил Ника.— Как к такой подступиться — вот в чем вопрос. Если прямо спросить про рукопись, ответа скорее всего не получим. Без расчета такая акула ничего делать не станет. Как бы не вышло хуже, чем с коллекционером. Выколачивать из нее рукопись, слава Богу, не наше дело. Но прежде чем передать эту информацию заказчику, мы должны удостовериться, что текст действительно у литагентши. Для «Страны советов» это вопрос профессиональной чести. Поэтому предлагаю в лоб не атаковать, а предпринять фланговый маневр. Думаю, для начала надо к этой Марфе присмотреться, последить за ней.

В том же интервью содержится полезная информация… — Фандорин прокрутил текст до нужного места.— «Вопрос: Как вам удается так классно выглядеть? Ответ: Уважающий себя человек должен быть в хорошей форме. Я встаю поздно и начинаю день с контрастного душа. Перед обедом, с часу до двух, всегда занимаюсь в „Фитнес‑эмпо‑риуме“. По четным дням на тренажерах, по нечетным играю с тренером в теннис. Потом можно и немножко расслабиться. Летом я всегда обедаю в „Прибое“. И только после этого я начинаю свой рабочий день, часов с четырех и до позднего вечера. А там пора в клуб — совместить полезное с приятным. Деловые встречи, общение в друзьями. Все они интересные, состоявшиеся люди. Прекрасные отношения у меня с…» Ну, дальше она начинает хвастать знакомствами, это неинтересно. Валя, ты рублевская старожилка. Где это — «Фитнес‑эмпориум» и ресторан «Прибой»?

—«Эмпориум» — самый большой спорткомплекс. А «Прибой» — тусовочное место. И поесть можно, и позагорать. Кормят, правда, не ахти, зато свежий воздух, речка, и пляж тут же. Жуешь рукколу, на мужиков в плавках пялишься — красота. Дайте‑ка мне эту Марфу получше разглядеть. Фотка покрупнее есть?

Фотографию Марфы Браун ассистентка рассматривала не долее минуты — для психологического портрета хватило.

—Клиент понятен. Я таких щучек много повидала. Для них существуют только две наживки — бабло и понты. В смысле, деньги и престиж, он же имидж. За это они что хочешь отдадут. Но только за это, другая валюта не танцует. Бабла Марфуше мы за информацию дать не можем. Вывод: ловим на престиж.

<<  1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 >>